Безопасность, Политика
​Курдский вопрос — кому нужен новый узел сирийской войны?
30 января 2018, Вадим Довнар

29-30 января в Сочи (Россия) состоится Конгресс национального диалога по урегулированию ситуации в Сирии, куда приедут делегации из нескольких стран – кроме России еще из Турции, Ирана и собственно Сирии.  Какая ситуация сложилась накануне важных переговоров, а также какие интересы преследует каждый вовлеченный в конфликт участник?

 

Ситуация в Сирии лучше всего описывается известным статусом в социальных сетях: всё сложно. Отношения между действующими силами запутаны, союзы между ними ситуативны. Понять, кто на ком стоял и за кого в этот раз болеть, не всегда возможно.

 

А начало Турцией военной операции «Оливковая ветвь» в Африн (де-факто часть автономного региона, известного как Сирийский Курдистан или Рожава, на северо-западе Сирии) при поддержке протурецких вооружённых формирований сирийской оппозиции — с целью вытеснения курдских вооружённых формирований (YPG/YPJ), ещё раз продемонстрировало этот клубок противоречий.

 

Фото: EPA/UPG

 

Напомним основные силы, вовлечённые в сирийский конфликт.

 

Это режим Башара Асада и подконтрольная ему армия; неоднородная сирийская оппозиция, в рамках которой действуют различные группировки; курды, которые контролируют северо-западную часть Сирии; Иран, Турция, Россия и США. А также «похороненный» Путиным, но потом снова «воскресший» ИГИЛ.

 

С террористической группировкой ИГИЛ в Сирии боролись все, начиная с Башара Асада и России, и заканчивая США с союзниками. Но эта вроде бы «совместная борьба» не сделала различные силы союзниками, как этого очень хотела Москва, потому что каждая из них преследовала свои цели.

 

Фото: mapoftheworld.ru. Территория ИГИЛ

 

Для Асада и Кремля, ИГИЛ и необходимость (на словах) «бороться с ним» — было основой их стратегии и дипломатии на международной арене, как для сохранения самого сирийского режима, так и для попыток России решить свои проблемы после аннексии Крыма и развязывания войны на Донбассе.

 

Для международной коалиции под руководством Вашингтона, ИГИЛ – был настоящим противником, который нужно было искоренить в Сирии и в Ираке.

 

Поэтому попутно звучали обвинения, что та или иная сторона только делает вид, что борется с террористами, а в действительности его вооружает и спонсирует.

 

Хотя ИГИЛ снова даёт о себе знать, уже после того, как Путин объявил над ним полную «победу», всё же он отошёл на второй план, после взятия американцами и курдами Ракки. И на первый вышел курдский вопрос.

 

Выступая за Сирию без Башара Асада, США поддерживали сирийскую оппозицию, а в борьбе с ИГИЛ опирались главным образом на курдов, которые и сыграли основную роль в победе над Халифатом и взятии его столицы в Ракке.

 

Фото: EPA/UPG

 

Посол США в ООН Никки Хейли демонстрирует фото жертв химатаки в Сирии во время чрезвычайного заседания совбеза ООН , Нью-Йорк, США, 5 апреля 2017 г.

 

Турция, союзник США по НАТО, также выступала за Сирию без Башара Асада, но при этом опасалась сирийских курдов, боясь, что они объединят усилия с турецкими курдами для создания Великого Курдистана.

 

У Ирана есть своя курдская проблема, а значит повод опасаться их усиления в Сирии. Но у него в Сирии своё «вставание с колен» и давняя история противостояния со времен Оттоманской империи, в возрождение которой сейчас играет Турция. Иран же выстраивает шиитскую империю и поддерживает Башара Асада как одно из её звеньев.

 

Россия как наследница СССР, где курдов поддерживали для ослабления Турции, считалась до недавнего времени их союзником. Но когда Турция начала военную операцию «Оливковая ветвь» в Сирийском Курдистане, то Россия неожиданно не слишком протестовала.

 

США – курды: круговорот предательств

 

Курдский вопрос — один из ключевых в отношениях США и Турции, который, собственно, эти отношения испортил. Для Анкары хороший курд — это мёртвый курд, неважно турецкий он или сирийский. В то время как США, о чём говорилось выше, опирались на сирийских курдов в противостоянии ИГИЛ. Что всегда возмущало Турцию.

 

Антикурдскую риторику Эрдоган усилил, когда США обнародовали план создания 30-ти тысячных приграничных сил в северной Сирии, контролируемой преимущественно курдскими вооружёнными формированиями. В задачу этих сил должно было войти патрулирование границ.

 

Фото: EPA/UPG

 

Турция нервно отреагировала на эти планы, сочтя их чуть ли не предательством. И чтобы успокоить турецких партнёров администрация Трампа отказалась от формулировки о планируемых силах безопасности в Северо-Восточной Сирии.

 

Данный отказ администрацией США от поддержки курдов, которые до сих пор считались верными союзниками, был расценен рядом американских СМИ как «предательство».

 

Что ж, такое «предательство» ожидалось давно. Необходимость выбирать между Турцией и курдами встала перед США не вчера.

 

Что интересно, Россия при этом заявляла, что если США предадут курдов, то уж она-то их никогда не бросит, всегда будет надёжным союзником. И что же на деле? Накануне турецкой операции «Оливковая ветвь» Россия вывела свои вооружённые формирования. И отреагировала на неё в самых мягких дипломатических выражениях.

 

Естественно, курды восприняли этот шаг Москвы как предательство. Главнокомандующий курдскими отрядами бойцов YPG Сипан Хемо обвинил Россию в предательстве за то, что она не отговорила Анкару от нападения. Он добавил, что теперь курды увидели истинное лицо Москвы и Россия «стала беспринципным государством».

 

Фото: EPA/UPG

 

Член политбюро Рабочей партии Курдистана (РПК) Реза Алтун также подчеркивает, что Москва стремится торговать курдами. По его словам, не осталось уже ничего такого, чего Россия не продала бы. Они даже не хотят признать наличие гуманитарного долга перед мирными жителями в Африне. «И если это потребуется Кремлю, то они даже наши горы продадут, как уже ранее продали свой народ и свою этику», — говорит Алтун.

 

Даже отдельные российские издания дают негативную оценку российского предательства курдов. В частности звучит тезис, что разрыв связи между российскими военными и курдами Африна показывает, что курды не могут положиться на Россию в решении важных проблем, а значит, в будущем никаких договоров с российской стороной у них быть не может.

 

При этом на официальном уровне Москва декларирует, что никакого долга у нее перед курдами нет. А свой поступок они объясняют тем, что это наказание курдов за их «предательство» — сотрудничество с США. Хотя чтобы в реальности не стояло за ее поведением по отношению курдам Россия не просто предатель, а еще и подстрекатель и агрессор.

 

Дымовая завеса словесной политики Кремля

 

Москва от тяжелейшего положения курдов пытается извлечь для себя максимальную выгоду. Кремль стремится быть гегемоном в сирийских делах (насколько это возможно в его положении) и хочет подмять под себя решение вопроса будущего этой страны. Именно с этой целью Москва заигрывала с курдами в Сирии, а в более широком смысле — и со всем курдским национально-освободительным движением.

 

При этом Кремль давал четкий сигнал, что к курдам в различных странах их проживания применяется совершенно различная стратегия. Москва рассматривала для сирийских курдов два формата использования.

 

Фото: EPA/UPG

 

Так, лидерам курдов в районе Африна пытались навязать реинкорпорацию под знамена режима Асада – без автономии, но зато будет гарантия безопасности. Для курдов это был абсолютно неприемлемый сценарий и после отказа россияне их просто отправили на убой.

 

В этом суть второго формата: чтобы укрепиться в ведущей роли в Сирии необходимо улучшать свои отношения с турками – только они могут создать конкуренцию Ирану, который тоже считает себя главным вершителем судьбы Сирии. И для этого Кремль решил для начала торгануть курдами в Африне.

 

Столкнуть лбами Турцию и США

 

Немаловажно, что России очень хочется подлить масла в кризис между Анкарой и Вашингтоном, провоцируя их на прямую конфронтацию. И курды – очень удобный повод, так как к курдскому вопросу у США и Турции внешне диаметрально противоположные подходы.

 

Конфликт между Турцией и США нужен Москве, чтобы внести разногласия в НАТО и ослабить его южный фланг. Продвижением этого сценария Кремль занимается со времен «военного переворота» в Турции в 2016 году. В этом контексте Африн – это индикатор, который должен показать, готова ли Анкара войти в более жесткую пикировку с Вашингтоном. Хотя Белый дом уже дал понять, что вооружал курдов не против Турции, а исключительно для борьбы с ИГИЛ.

 

Фото: EPA/UPG. Солдаты милиции Курдистана (YPG) рядом с военными машинами США недалеко от г.Дарбасия на сирийско-турецкой границе, Сирия, 29 апреля 2017.

 

Поэтому в Москве с нескрываемой радостью ждут, чтобы Эрдоган выполнил на практике его обещание от 26 января 2018 года о расширении военной операции против курдских отрядов YPG на все пространство сирийско-турецкой границы. Это чревато очередным обострением с Вашингтоном, у которого есть военное присутствие в регионах Рожавы за пределами Африна.

 

Медвежья услуга

 

Анкару интересует, чтобы россияне прекратили свои связи с РПК, которая несет большую угрозу для единства Турции.

 

Подигрывание же Эрдогану со стороны Путина – способ втягивания Турции в долговременную и крупномасштабную военную авантюру. Москва старается серьезно и надолго подсадить Турцию на решение курдской проблемы – ведь увязание Анкары в Сирии приведет к перенапряжению страны на международной арене.

 

А также замедлит темпы ее экономического роста. Вследствие этого у страны будет все меньше ресурсов для реализации своих региональных амбиций. Например, спекулируя на политической нестабильности Турции Россия сможет навязывать выгодные ей энергетические проекты.

 

Пиар-плюшки

 

Для России военная операция Турции в Африне важна еще в пропагандистском значении — перед стартом Конгресса национального диалога по Сирии в Сочи. В качестве гарантов перемирия в стране кроме россиян принимают участие еще турки и иранцы. И здесь российская провокация в Африне с выводом ее военных из города для развязывания рук военным Турции сыграла очень большую роль: находясь в неприглядном положении в глазах мирового сообщества Анкара не сможет диктовать свои требования другим участникам «трио» по полной программе. Тогда, как Россия выглядит в более выигрышном переговорном положении.

 

Фото: EPA/UPG

 

Слева-направо: министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров и министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавада Зариф после официальных переговоров в Москве, 14 апреля 2017.

 

Кроме того, подрыв доверия к туркам со стороны союзников по НАТО подталкивает Анкару к сближению с антидемократическими Москвой и Тегераном.

 

Кремлю важно провести Сочинский конгресс именно сейчас, создав картинку борьбы за новую Сирию и прославить Путина-миротворца перед мартовскими выборами. А дальше, как всегда, хоть трава не расти.


 

Материал взят с сайта LB.ua — проекта Института Горшенина

Последнее «Безопасность»

Безопасность Эксперт РПР указал на недоработки в законопроекте о нацбезопасности
18 июня 2018, Виктор Плахута
Безопасность Эксперт РПР предложил в законе о нацбезопасности предусмотреть снижение секретности военных закупок
18 июня 2018, Тарас Емчура
Безопасность Законопроект о нацбезопасности должен быть принят к саммиту НАТО
18 июня 2018, Николай Белесков
18июня
Безопасность Эксперты обсудили проект закона о национальной безопасности Круглый стол
14:00
г. Киев, ул. Малая Житомирская, 18б
Безопасность, Экспертный форум (NEF) Мелинда Харинг: СБУ должна доказать, что альтернатив инсценировке убийства Бабченко не было
11 июня 2018, Мелинда Харинг, Институт Горшенина
Безопасность, Экспертный форум (NEF) Наибольшая угроза при внедрении инноваций - их киберзащита, - замглавы АП
11 июня 2018, Дмитрий Шимкив, Институт Горшенина
Смотреть все