Политика
“Смерть Сталина” по-белорусски.
28 августа 2018, Игорь Ильяш

Несколько дней белорусы обсуждали слухи о тяжелом состоянии здоровья Александра Лукашенко, который по непонятным причинам отменил свой визит в Гомель. 31 июля президент все же появился на публике без всяких признаков недомогания. Однако “утка”, запущенная из российского информационного пространства, заставила задуматься о том, что будет с Беларусью в случае внезапной смерти или недееспособности бессменного лидера страны.

 

В ночь на понедельник, 30 июля, российский телеграмм-канал “Незыгарь” сообщил о том, что у Александра Лукашенко случился ишемический инсульт. Именно из-за этого якобы был отменен визит президента в Гомель, к которому областной центр усиленно готовился в конце минувшей недели. Днём 30 июля ту же информацию повторил украинский портал dsnews.ua — на этот раз со ссылкой на некие “журналистские круги в Беларуси”.

 

Белорусские СМИ, аналитики и оппозиция весьма скептически отнеслись к информации от, мягко говоря, не самых авторитетных источников. Однако социальные сети достаточно активно подхватили тему смертельной болезни Лукашенко. Причем подхватили далеко не в ключе сочувствия — популярным мемом стал скриншот из фильма “Смерть Сталина”, когда по сюжету картины члены Политбюро растерянно глядят на тело только что умершего тирана.

 

Ближе к вечеру пресс-секретарь президента Наталья Эйсмонт официально опровергла слухи о болезни, назвав эти сообщения “полным бредом”. При этом она почему-то отметила, что первоисточник этих слухов — украинские СМИ. Хотя dsnews.ua опубликовал “утку” об инсульте почти через 15 часов после того, как данную информацию распространил российский “Незыгарь” и сомнительно, чтобы пресс-секретарь президента могла этого не знать.

 

Тем временем во Дворце Республики

Gepostet von Игорь Лосик am Montag, 30. Juli 2018

 

Спустя сутки, 31 июля, Лукашенко впервые за несколько дней появился в публичном пространстве — он принял с докладом председателя Миноблисполкома. Фото и видео с этой встречи не давали оснований думать, что белорусский лидер действительно только что перенес инсульт. Еще через сутки, общаясь с журналистами, Лукашенко уже весело шутил над слухами о собственной болезни.

 

Удар по имиджу

 

Правда, у некоторых пользователей соцсетей подозрения по поводу состояния его здоровья остались. Мало кто в Беларуси сомневается в том, что даже если Лукашенко в самом деле окажется серьезно болен, этот факт будет скрываться до последнего.

 

Политический режим Лукашенко во многом строится на образе жесткого и справедливого лидера из народа, на бесконечной эксплуатации темы патернализма и культа сильной власти. Именно в рамках этого дискурса Лукашенко публично грозит чиновникам внесудебными расправами, министры на совещаниях стоят перед президентом будто проштрафившиеся школьники, а на любое проявление протеста власть реагирует непропорциональным применением силы. Причем насилие воспринимается Лукашенко как безусловный повод для гордости, а жалобы на насилие — как постыдная слабость. (В 2010 году, когда журналисты поинтересовались, почему силовики избили кандидатов в президенты от оппозиции, Лукашенко, ничуть не смутившись, ответил: “Ну дали по голове. Но ты же мужик. Чего прибежал, рыдаешь?”)

 

Подобный культ силы предполагает также и силу чисто физическую. Лукашенко заядлый хоккеист (причем президентская команда всегда выигрывает), он катается на лыжах и играет в теннис, публично косит траву и собирает картошку. Любые, даже самые безобидные физические недостатки 63-летнего президента, тщательно скрываются. Например, известно, что в последние годы тексты для Лукашенко пишут очень большими буквами — чтобы в ходе публичных выступлений ему не было необходимости пользоваться очками.

 

В этом смысле информация об инсульте — это весьма неприятный слух для имиджа Лукашенко. И вряд ли подобная “утка” была случайностью. Характерно, что ее источник — “Незыгарь” — в последнее время усиленно занимается нагнетанием атмосферы вокруг Лукашенко. Ранее канал уже публиковал “сливы” (якобы из кулуаров власти) о том, что Москва твердо приняла решение снять Лукашенко, что в Минске настоящая паника в связи с назначением российским послом в Беларуси Михаила Бабича и т.д. Поэтому “утку” про инсульт вполне можно считать частью кремлевской игры на нервах Лукашенко, о чем ранее уже писал LB.ua. А также своеобразным тестом на реакцию общества и чиновников. Вслед за этим, кстати, в интернете была запущена “утка” о тайной переброске в Беларусь путинских войск.

 

Лукашенко во время военных учений Россия-Беларусь «Запад 2017», 20 сентября 2017.Фото: EPA/UPG. Лукашенко во время военных учений Россия-Беларусь «Запад 2017», 20 сентября 2017.

 

Между тем, разговоры о нездоровье Лукашенко все равно заставляют задуматься о том, как будет развиваться ситуация в Беларуси в случае его смерти или недееспособности.

 

Гипотетические преемники

 

Согласно Конституции Беларуси, если президент не может исполнять свои обязанности, его полномочия передаются премьер-министру — вплоть до вступления в должность нового президента. Нынешний глава правительства Андрей Кобяков занимает свой пост уже четыре года и считается твердым сторонником евразийской интеграции. Премьеру 57 лет, он русский по национальности, родился и учился в России. С 90-х — на госслужбе в Беларуси. В 2000-х почти 10 лет занимал должность вице-премьера, успел также поработать послом Беларуси в Москве, после чего возглавил администрацию Лукашенко, а затем и правительство.

 

Однако, как это часто бывает в авторитарных государствах, номинально второй человек в вертикали власти де-факто таковым не является. В годы его премьерства появилась шутка: “если вы думаете, что ваша работа ни на что не влияет, то вспомните, что в Беларуси есть премьер-министр”. За Кобяковым прочно закрепилась репутация бесцветного и молчаливого чиновника: он избегает журналистов, не говорит лишнего, не принимает важных решений и послушно выполняет указания президента.

 

По всем внешним признакам, Кобяков вполне устроил бы Москву в качестве нового главы Беларуси. Впрочем, в общественном сознании Беларуси давно и прочно засело убеждение, что Лукашенко видит в качестве преемника кого-то из своих сыновей. Младший сын, 13-летний Коля уже почти десять лет является публичной персоной. Отец берет мальчика на встречи с лидерами других стран и все официальные мероприятия, а во время парадов одевает его в военную форму с погонами. Однако в силу возраста преемником в обозримом будущем он быть никак не может.

 

Президент Беларуси Александр Лукашенко с сыном Николаем собирает картофель на территории официальной резиденции «Дрозды», 16 августа 2015.Фото: president.gov.by. Президент Беларуси Александр Лукашенко с сыном Николаем собирает картофель на территории официальной резиденции «Дрозды», 16 августа 2015.

 

Зато у старшего сына — Виктора Лукашенко — возраст и уровень влияния в полном порядке. Ключевых должностей за ним не числится, номинально он — член Совбеза и помощник президента по национальной безопасности. Но по слухам Виктор Лукашенко уже давно является неофициальным куратором всех белорусских спецслужб.

 

В отличии от Коли, 42-летний Виктор Лукашенко — фигура непубличная. Он гораздо реже появляется рядом с отцом, интервью не дает. Список его публичных контактов достаточно специфичен. Известно, что Виктор дружен с сыном российского Генпрокурора и фигурантом “списка Магнитского” Артемом Чайкой, он также был замечен на одних мероприятиях с пропутинскими “Ночными волками”. А в июне этого года Виктор Лукашенко нанес “дружеский” визит в Чечню — встречался с Рамзаном Кадыровым и его правой рукой Магомедом Даудовым. Цель той поездки до сих пор остается загадкой.

 

В целом немногочисленные появления Виктора Лукашенко в публичном пространстве создали ему репутацию человека пророссийской ориентации. Такая же репутация прочно закрепилась за руководителями спецслужб и их ведомствами, где крайне высоко влияние старшего сына президента.

 

Впрочем, в высших эшелонах власти Беларуси практически все выглядят пророссийски ориентированными. Исключением, пожалуй, является руководитель МИД Владимир Макей, которого многие считают умеренным либералом и западником. На время работы Макея министром приходится период потепления в отношениях Беларуси и ЕС, снятие западных санкций и установление безвизового въезда в страну для граждан более чем 80 стран мира. Разумеется, как верный своему работодателю человек, он одновременно является адвокатом внутренней и внешней политики Лукашенко.

 

Однако в отличии от остальных он не усердствует в этом деле сверх необходимого. Макей, пожалуй, единственный представитель белорусской номенклатуры, который с одной стороны может рассчитывать на симпатию части демократической общественности, а с другой стороны очевидно имеет недоброжелателей в России. Российские шовинистические интернет-ресурсы называют Макея главным препятствием на пути российско-белорусской интеграции и возлагают на него ответственность развитие западного — “предательского” в их понимании вектора во внешней политики Минска.

 

К слову, некоторое время назад российские СМИ запустили “утку” о том, что Макей станет следующим президентом Беларуси. Учитывая болезненную подозрительность Лукашенко, вброс этот иначе как попытку скомпрометировать главу МИД и расценивать нельзя.

 

Беларусь как заложник Лукашенко

 

Горькая правда для белорусов заключается в том, что внезапное исчезновение Лукашенко в данный момент приведет к дестабилизации ситуации внутри страны и существенному увеличению рисков для суверенитета Беларуси. К сожалению, это практически неизбежно для любого авторитарного государства, которым много лет безраздельно управлял один человек.

 

Белорусская оппозиция на 24 году авторитаризма крайне слаба и разобщена, существенного влияния на общество она не имеет. В таких условиях не стоит рассчитывать на легкую победу демократических сил на первых выборах после Лукашенко. Действующая номенклатура в свою очередь не захочет уходить, тем более что все рычаги власти останутся в их руках. Однако белорусский авторитаризм базируется не на идеи, а на персоне. То, что белорусское общество готово стерпеть от Лукашенко, оно не станет терпеть от его сыновей, Кобякова или еще кого-то из нынешнего окружения президента. Поэтому и номенклатуре рассчитывать на легкую победу не следует.

 

Фото: EPA/UPG

 

Разумеется, Россия не станет безучастно наблюдать за неизбежным периодом безвластия в постлукашенковской Беларуси. Нет сомнений, что Москва не захочет допустить победу демократической оппозиции, ведь абсолютно любой оппозиционный политик будет существенно более проевропейским, нежели Лукашенко. Соответственно вероятность повторения крымско-донбасского сценария в Беларуси значительно возрастет.

 

В случае недееспособности Лукашенко Кремль постарается посадить на трон кого-то из белорусской номенклатуру — человека, как минимум, не менее пророссийского, чем нынешний президент, и при этом существенно более сговорчивого. Однако не исключено, что ставленник Москвы сможет прийти к власти в Беларуси только на штыках. И штыки эти будут российские.


Материал взят с сайта LB.ua — проекта Института Горшенина